Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

(no subject)

[как-то так]IMG_20211029_162256_1
Сестра выступила против принудительной вакцинации, сняли ролик. Группой лиц по предварительному сговору, ага. Теперь к ним каждый день заезжают менты, ищут след Госдепа. Не думал, что она такая нон-конформистка ))

Не знаю, мне как-то всё равно. Не только ковидобесие, а вообще. Сегодня разговаривал с человеком:

- А как убили?
- Не знаю, стоит ли рассказывать? Я если расскажу, то люди перестают со мной общаться.
- Ну, смотрите, как вам лучше...

Рассказал. Плохо, да. Тому - насильственная смерть, этому - грех на душу. Ну и? "Приходите ещё, вот в воскресенье у нас служба..."
То ли деревянный я, то ли что...

(no subject)

В Греции пожары. Митрополит Греческой православной митрополии Сан-Франциско Герасим разослал указание:
[Spoiler (click to open)]
Добавить прошение во время ектении: «Для быстрого прекращения пожаров в Греции, для утешения пострадавших и их семей, для вечного покоя погибшим и силы для пожарных и тех, кто приносит помощь и помощь, помолимся Господу».

Перед отпустом вознесите следующую молитву:

О Господь, Бог наш, Чей мир превосходит всякое понимание и Чья благодать и милосердие преизобилуют, ниспошли Свой Святой Дух, чтобы утешить тех, кто страдает разумом, телом и духом в результате разрушительных пожаров в Греции. Мы просим, ​​чтобы Ты протянул Свою могучую руку в это время неопределенности, поддерживая нас Своей любовью, состраданием и миром. Даруй силы тем, кто борется с этим огнем, успокаивай ветры и открой небеса, чтобы пролился дождь и прекратил дальнейшее разрушение. Мы особенно просим Твоих благословений и защиты для всех, кто покинул свои дома, чтобы они не пострадали и их дома были сохранены. Даруй упокоение в мире тем, чьи жизни были потеряны, а также утешение тем, кто скорбит. Ибо Ты милосердный и любящий Бог, и Тебе мы воздаем Славу Отцу, Сыну и Святому Духу ныне и вовеки, и во веки веков. Аминь.


А где "согрешихом и беззаконовахом, помилуй нас"?
Прихожане иногда приносят такие сборники, где только "дай, дай, дай!". Но это коммерческие поделки, им место не на помойке, а в костре только из-за наличия святых имён. А это митрополит. Что, в Греции всё в порядке, не в чем каяться?

До кучи

Фабиола принадлежала к патрицианской римской семье рода Фабий. Она была замужем за человеком, который вел такую порочную жизнь, что жить с ним было невозможно. Она получила от него развод по римскому праву и, вопреки церковным предписаниям, вступила во второй брак еще до смерти своего первого мужа.

Во время пребывания святого Иеронима в Риме (382-84) Фабиола не принадлежала к тому аскетическому кругу, который собрался вокруг него. Только позже, после смерти своего второго супруга, она решила начать жизнь отречения и труда для других. Накануне Пасхи, после смерти своего второго супруга, она предстала перед воротами Латеранской базилики, облаченная в покаянные одежды, и публично покаялась за свой грех, что произвело большое впечатление на христианское население Рима. Папа вновь официально принял ее в полное общение с Церковью.

Теперь Фабиола отказалась от всего, что мог предложить ей мир, и посвятила свое огромное богатство нуждам бедных и больных. Она построила в Риме прекрасную больницу, сама ухаживала за больными и лечила граждан, отторгнутых от общества из-за их "отвратительных болезней". Кроме того, она давала большие суммы церквям и религиозным общинам в Риме и других местах Италии. Все ее интересы были сосредоточены на нуждах Церкви и заботе о бедных и страждущих.

В 395 году она отправилась в Вифлеем, где жила в монастырском приюте под руководством Святой Павлы, и под руководством святого Иеронима с величайшим усердием занималась изучением и созерцанием Священного Писания и аскетическими упражнениями. Вторжение гуннов в восточные провинции империи и ссора, вспыхнувшая между Иеронимом и Иоанном II, епископом Иерусалимским, уважавшим учение Оригена, сделали пребывание в Вифлееме неприятным для нее, и она вернулась в Рим.

Она оставалась, однако, в переписке со Святым Иеронимом, который по ее просьбе написал трактат о священстве Аарона и о священнической одежде. В Риме Фабиола объединилась с бывшим сенатором Святым Паммахием в осуществлении великого благотворительного начинания; вместе они воздвигли в Портусе большой хоспис для паломников, прибывающих в Рим. Фабиола также продолжала свои обычные личные труды по оказанию помощи бедным и больным вплоть до своей смерти 27 декабря 399 или 400 года.


Не сама написала, а попросила. Хотя перед этим "с величайшим усердием занималась изучением и созерцанием Священного Писания".

епископ Ириней: Церковь никогда не изменит свои убеждения или обычаи страха ради

https://orthodox-europe.org/content/homily-pandemic-fear/

[Spoiler (click to open)]Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Дорогие братья и сестры: ныне мы живем в период, особо побуждающий к вере — но не к вере в самого себя или в наши гражданские структуры, в правительства или в мудрость людей. Мы живем в момент, требующий веры в Бога: в истинного Бога, единого Бога: Святую Троицу, Отца и Сына и Святого Духа.

Не только потому, что мы сталкиваемся с определенной опасностью, исходящей от вируса или пандемии. Это не является главной причиной, требующей от нас веры. Мы не умаляем серьезности ситуации, в которой оказался сегодня мир: эпидемия — это реальность, и есть практические меры, которые все должны принять для борьбы с ее распространением и для уменьшения ее воздействия. Но мы и раньше переживали пандемии, как человеческий род, как общество и как Церковь. Мы способны понять на опыте необходимость противодействия, а также его отсутствие; надобность быть собранными, а также необходимость соблюдать спокойствие. И кто-либо и каким-либо образом не оценивал бы сложность нынешних обстоятельств, с уверенностью можно сказать лишь одно: они пройдут, а Церковь останется, и Господь нас поведет вперед.

За последние несколько месяцев наш мир показал, что на самом деле им управляет — и это отнюдь не мудрость или сострадание, наука или истина. Никак нет. Это страх!

Нет, эпидемия не является причиной того, что мы ныне живем в момент, требующий настоящей веры. Настоящая причина — это страх. За последние несколько месяцев наш мир показал, что на самом деле им управляет — и это отнюдь не мудрость или сострадание, наука или истина. Никак нет. Это страх! В течение многих лет мир культивировал это в качестве основного принципа действия: с возрастающим рвением он работал, определяя, чего человеку следует бояться, кого и когда, — и превратил в норму идею, согласно которой движущей силой в жизни человека должна быть реакция на этакий страх. Итак, мы видели, как человечество привыкает жить в боязни всего: войны; определенных и воображаемых врагов; экономики; других людей; истории; прошлого и, прежде всего, будущего; одиночества; социальных тревог; бедности и богатства; невежества, а также знаний. Список можно продолжать бесконечно. Человек привык бояться — всего. Благодаря этой приобретенной привычке ныне общество считает нормой жить в соответствии с этим страхом: государства и правительства объявляют, чего нам следует бояться, меняют наш образ жизни, основываясь на испуганной реакции, вызванной определенной боязнью; и как только одна сиюминутная тревога перестаёт нас полностью захватывать, вместо нее предоставляется иная.

Поэтому неудивительно, что перед лицом неизвестной до сих пор болезни ответом стал исступленный страх. Эта слабость настолько проникла в сердца человечества, что не может изжить себя самостоятельно; и вот, мы увидели, насколько разрушительным становится страх. Перед лицом недуга мы стали свидетелями того, как страх настраивает брата против брата, общество против общества; мы наблюдали, как разрушилась экономика целых наций, а это означает, что семьи остались без средств к существованию; мы были очевидцами того, как страх нарушает образование наших детей и подрастающего поколения; мы видели, как страх увеличивает уровень депрессии, домашнего насилия и даже приводит к самоубийствам, выросшим до невообразимых размеров — и вновь мы должны осознать в полной мере, что причиной всего этого является не вирус, но страх.

И, в конечном итоге, он основан на единственном страхе, а именно, на страхе смерти, который общество без Бога преодолеть не может. Злобный страх, разъедающий человеческие сердца, подпитывается светской неспособностью или прямым отказом смотреть по ту сторону смерти. Секулярный ум не может видеть в смерти ничего, кроме « конца », и, следовательно, это вещь, от которой нужно удаляться без оглядки как от величайшего зла. По этой причине избегание смерти рассматривается как высшая цель, высшее благо, даже если результатом этого является так называемая « жизнь », а лучше сказать, существование, преисполненные страхом, печалью и горечью. Но я хочу для всех особо подчеркнуть, что ни перед лицом греха, ни перед лицом недуга невозможно избежать смерти, панически пытаясь зацепиться за лоскуты жизни. Сегодняшнее общество постоянно провоцируют, чтобы каждое свое решение обосновывать на противопоставлении между жизнью и смертью. Но смерть не противоположность жизни: противоположность жизни — это страх.

Смерть не противоположность жизни: противоположность жизни — это страх.

По этой причине я говорю вам, что ныне мы живем в момент, требующий веры в Истинного Бога: Отца, Который послал Своего Единородного Сына в мир, и Который дарует Своего Духа Утешителя всем верующим. Христианин, который обосновывает свою тождественность, опираясь на осознанное крещение в жизнь, смерть и воскресение Иисуса Христа, не может устраивать свое бытие, исходя из страха смерти: ибо наш Господь победил смерть — это краеугольный камень всей нашей Жизни во Христе! Мы дети Божьи, мы чада Того, Кто владеет жизнью и смертью и по Чьей воле смерть преобразуется в жизнь. Вот что мы слышали в сегодняшнем Евангельском чтении: входя в город Наин, Иисус встречает вдову, плачущую над телом своего умершего сына, своего единственного ребенка. Ответ Христа мирный и божественно спокойный: Он просто говорит женщине: « Не плачь », а затем поворачивается к бездыханному телу и говорит: « Юноша, говорю тебе, встань » – и мертвый мальчик садится, встает и начинает говорить (см. Луки 7.13-15). Бог, Который есть Любовь, воскрешает мертвого ребенка, потому что любовь противоположна смерти, так же как и страх противоположен жизни.

Примечательно, что термином, который Святой евангелист Лука использует для описания реакции людей, ставших свидетелями этого чуда, на самом деле является слово « страх ». Как мы слышали, он пишет: « И объял их всех страх, и они прославили Бога, говоря: “Великий пророк восстал между нами”, и “Бог посетил Свой народ” » (Луки 7.16). Но здесь евангелист говорит о совершенно другом виде страха, чем тот, который мы наблюдаем сегодня в нашем мире: люди, окружающие Иисуса, напуганы — не страхом, испугом или тревогой перед лицом мира, но трепетом перед силой Божьей, превосходящей их понимание. Их « страх » заключается в их собственном недостатке веры: что Сам Господь Бог, воскрешающий мертвых и животворящий мир, стоял посреди них, и они были слишком слепы, чтобы созерцать это — и теперь, когда они это видят, тот же страх немедленно побуждает их к вере.

Дорогие братья и сестры, это тот дух, который требуется от нас сегодня. Недостаточно просто носить имя « христианин » как своего рода принадлежность или знак, но мы должны жить, думать и дышать, сообразуясь со Христом, нашим Спасителем. Мы не можем смотреть, как Он « смертью попирает смерть », и в тоже время ее бояться. Мы не можем созерцать Его владычество над всей Вселенной и в тоже время малодушно содрогаться от мира или тревожиться по поводу нашего будущего. Мы не поддадимся искушению, за которым следуют слишком многие: позволить страху исказить даже понимание Бога, чтобы Святые Таинства, которые Он преподает как лекарство Вечности и дар Вечной Жизни – именно Жизни! – попали под подозрение, как будто они могут вызвать недуг или смерть. Анафема! Это просто настоящий грех.

Свидетельство Церкви миру ясное и недвусмысленное, и она остается незыблемой перед лицом времени, истории, власти или искушений. Итак, мои возлюбленные, будем за нее держаться – и таким образом также будем иметь эту непоколебимость и силу. Мы никогда не изменим свои убеждения или обычаи «страха ради».

Как христиане, мы ни в коей мере не против сотрудничества с правительством и властями, когда их указы, возможно, раздражают, но не мешают нам сохранять наши убеждения и полноценно жить своей христианской богослужебной жизнью. Но правая вера столь необходимая сейчас, и она достигается через наше послушание Церкви, которая является живым Телом Христовым. Церковь не съеживается в страхе перед искушениями этого мира: она – скала, на которой стоят те, кого она никогда не бросит. Ее учения верны и правы, потому что они исходят от самого Господа. Ее деяния правильные и истинные, потому что Сам Дух Святой руководит, освящает и благословляет их. Ее свидетельство миру ясное и недвусмысленное, и она остается незыблемой перед лицом времени, истории, власти или искушений. Итак, мои возлюбленные, будем за нее держаться – и таким образом также будем иметь эту непоколебимость и силу. Мы никогда не изменим свои убеждения или обычаи « страха ради »; скорее, мы войдем в наши храмы и заняться духовным деланием, приведя свою жизнь в соответствие с Божьей волей и обрести там – и только там — наше истинное спасение.

Аминь!

(no subject)

Прекрасный текст восхитительно оттенён комментарием )

[текст]После короткой передышки обрушилась на нас эта болезнь – для них самое страшное из всего страшного, из всех бед самая жестокая и, как говорит их собственный писатель, событие исключительное, какого никто не мог ожидать. Для нас оно таким не было; как и в других случаях, Господь нас испытывал и закалял. Болезнь не обходила и нас, но поражала больше язычников».

«Весьма многие из наших братьев по преизбытку милосердия и по братолюбию, не жалея себя, поддерживали друг друга, безбоязненно навещали больных, безотказно служили им, ухаживая за ними ради Христа, радостно умирали вместе; исполняясь чужого страдания, заражались от ближних и охотно брали на себя их страдания. Многие, ухаживая за больными и укрепляя других, скончались сами, приняв смерть вместо них. Народная поговорка, бывшая, казалось, только выражением благожелательности, осуществлена ими на деле: они были действительно людьми, уходившими из жизни, будто они сор перед другими.

8. Так уходили из жизни лучшие из братьев: священники, диаконы, миряне; их осыпали похвалами, ибо такая смерть, возможная только по великому благочестию и крепкой вере, считалась равной мученичеству.

9. Они принимали тела святых на распростертые руки и прижимали их к груди, отерев глаза и закрыв рот, несли на своих плечах и не могли от них оторваться, обнимая; омыв, заворачивали в красивые покровы, а вскоре им уделяли те же заботы: оставшиеся в живых всегда следовали за теми, кто скончался до них.

10. Язычники вели себя совсем по-другому: заболевавших выгоняли из дома, бросали самых близких, выкидывали на улицу полумертвых, оставляли трупы без погребения – боялись смерти, отклонить которую при всех ухищрениях было не легко».

(Из Церковной истории Евсевия Кесарийского)


[комментарий]Да, кстати в эту болезнь христиане проявили себя так же. Особой похвалы достойны ИМХО те, кто презрев гордыню и свои интересы так же и не способствовали распространению болезни и заражению своих близких, а так же братьев и сестёр во Христе, соблюдая санитарные правила.
2

(no subject)

https://medium.com/@lkatherinebaker/a-pandemic-observed-7cb5c90aa17b
Очень многословно, очень по-женски, но в правильном русле. В т.ч. и о том, что брать на себя ответственность за жизнь и смерть других людей - безумие и гордыня.

[машинный перевод!]То, что скорбь моего мужа и сына научила меня страху смерти.

Мы похоронили моего ребенка в деревянном ящике на сгибе руки его отца. Моему мужу было тридцать семь лет, и он погиб в автокатастрофе, возвращаясь домой с работы православным священником, во время внезапной снежной бури воскресным днем ​​в марте. Мой сын родился на сроке двадцати недель беременности, примерно за две недели до смерти отца, но земля была слишком промерзшей, чтобы похоронить его на кладбище, поэтому похоронное бюро предложило сохранить крошечное тело до весны. Но когда умер и его отец, было сочтено целесообразным использовать специальные машины для оттаивания земли для зимних захоронений в Новой Англии, и поэтому было некоторое утешение в том, что они оба будут лежать вместе.

Лицо моего мужа было уничтожено в результате несчастного случая, в который он попал в праздник Святого Православия, день, когда мы празднуем возвращение икон для использования в церкви после того, как иконоборческая ересь попыталась убрать все изображения с богослужений. Мой десятилетний сын недавно нарисовал икону с изображением Святого Лика Христа, которую он решил поместить в гроб вместе со своим отцом, думая, что этого достаточно, чтобы создать лицо его папе. Это было хорошее богословие для десятилетнего ребенка, второго ребенка его отца-теолога, поскольку именно во Христе любой из нас может вообще надеяться обрести хоть какую-то целостность. Странное совпадение праздника, на котором умер мой муж, часто кажется мне мучительно ироничным, но в мои лучшие дни это обнадеживающий знак восстановления этих лиц когда-нибудь в Воскресении.

Хотя машина поскользнулась на льду и трижды покатилась, остановившись в встречной полосе движения, странным чудом мои шестеро детей, которые были с моим мужем в то время, не только выжили, но и остались целыми и невредимыми, за исключением одного черного. глаз и один поцарапанный палец, нуждающийся только в небольшом пластыре. За детьми немедленно ухаживали, но моего мужа сразу же убили, потому что его выбросило из машины. В то время я лечилась от выкидыша дома.

Принимая меры к его похоронам, я узнал, что священников хоронят так, что их лица покрывают аэр или ткань, которой покрывают дары хлеба и вина, приносимые на литургии. Это означает плащаницу Христа и возвращение священника Богу в жертву. Обычная открытая шкатулка могла проходить, как обычно, с закрытым лицом. Его руки с веснушками и пушок рыжеватых волос были единственными визуальными аспектами, которые оставались мне, чтобы убедить меня, что это действительно был он, и то, как его туфли выглядели так, как всегда, из-за патологии бедра, которая была у него с рождения. , Это добавило какой-то странной комедии торжественной сцене его церковных похорон.

И вот он был похоронен, и на его голову возложили резную каменную икону Воскресения, и мы все удивились, что Бог решил взять такого замечательного человека: сына и брата, мужа, отца шестерых живых детей, дорогой для многих друг. , музыкант и поэт, вскоре получивший докторскую степень по богословию и недавно получивший признание за свою интеллектуальную деятельность некоторыми ведущими умами в этой области, он был недавно рукоположен и назначен в свой первый приход всего за шесть недель до этого. Как сказал священник из нашего бывшего прихода, «когда мы закопали такое дорогое семя, мы ожидаем от него огромного урожая».

Трое из моих детей и я впервые столкнулись с известным случаем COVID-19 в пятилетнюю годовщину смерти моего мужа, но не слышали о заражении более недели. Я посмотрел на своих шестерых детей и подумал, будут ли они рядом с папой и братом, или же я оставлю их полностью сиротами. Теперь, когда самому старшему было семнадцать, а самому младшему - семь, мы, наконец, установили некую закономерность, хотя я все еще ежедневно боролся с глубокой тьмой.

Пока я наблюдал, как разыгрываются пандемия и изоляция, наблюдал за ними из места близости со смертью и трауром. Очень часто я задавался вопросом, так ли обстоит дело с нашими лидерами и лицами, принимающими решения. Мне казалось, что смерть официально рассматривалась как аномалия, а не как определенность, а болезнь - как странное исключение, а не правило. Мы отмечали каждую смерть от COVID-19 одну за другой через средства массовой информации, как никогда раньше не делали с другими причинами смерти.

Конечно, в то время это казалось оправданным, потому что во время пандемии каждая смерть - это еще один кусок головоломки, который помогает нам понять болезнь, и, честно говоря, в первые дни мы не знали, что это может делать. Но я начал беспокоиться о реакции нашей страны на болезнь, когда закончился наш собственный семейный карантин. Блокировка была в полном разгаре, и ни о каких стратегиях выхода нельзя было даже говорить без обвинений в том, что любой, кто рассматривает возможность вернуться к более нормальной жизни, просто не заботится о человечестве.

Казалось, очень многие были готовы заключить сделку с кем бы то ни было, что они сделают все, чтобы спасти других от болезней и смерти. Хотя это, безусловно, было великодушно и совершенно понятно (и я уверен, что я тоже был бы соблазнен этим, прежде чем потерял мужа и ребенка), это вызвало у меня тревогу теперь, когда я уже была в трауре. Я мог видеть, что эти благонамеренные, глубоко любящие люди просто не могут представить жизни без своих близких, и поэтому они были готовы пойти на любые жертвы, о которых их просили, чтобы не допустить смерти.

Я полностью отождествлял себя с противоречивыми и сбивающими с толку чувствами покойного К.С. Льюиса в книге «Наблюдаемое горе», когда он сказал о потере своей жены: «Ее отсутствие подобно небесам, разлитым над всем», но в других местах говорится, что потеря «подобна несчастью» ампутация." Оба верны. Но как скорбящий человек, это моя личная ежедневная борьба за то, чтобы продолжать жить как можно лучше, полностью изменив себя и свой мир.

В нашем страхе смерти мы просто не хотим думать о том, что происходит после смерти наших близких. Но мы должны. В нашем понятном страхе мы, кажется, готовы обменять многие важные вещи: основные свободы, нашу общественную жизнь и общественные институты на обещание большей безопасности от болезней и смерти, но когда эта болезнь и смерть все равно наступят (как должно ), что мы будем делать, когда обнаружим, что сделали мир хуже, чем он мог бы быть в противном случае? Если мы променяем красоту и порядок нашего общества на безопасность, мы не только обнаружим, что все равно потеряли своих близких, но и будем сидеть и оплакивать их в пустынной стране, созданной нами самими.

В каждом из нас есть темная часть, которая хочет, чтобы мир соответствовал той боли, которую мы чувствуем. Я думаю, что это основная работа оплакивания людей: отказаться от горечи, выбирать жизнь в каждый возможный момент (и раскаиваться, когда мы терпим поражение) и отказываться делать весь мир хуже только потому, что нам больно. Мир уже кладбище; это не должно быть адом.

Настоящая трагедия - это не смерть человека молодым, а человека, жизнь которого становится чем-то вроде смерти. Эти люди действительно «мертвы раньше своего времени». Мой муж не умер раньше своего времени. Он действительно прожил до последнего момента и так многого добился.

За прошедшие пять лет я временами ругала себя за все способы, которыми я могла сохранить жизнь своему ребенку и мужу. Я придумываю альтернативные сценарии, в которых мы все были бы дома до того, как пошел снег, и я бы лучше позаботился о себе, чтобы не иметь выкидыша. Но я знаю, что это опасная аргументация. Конечно, некоторые из моих решений и выбора моего мужа действительно повлияли на конечный результат, но возложение всей вины за случайную смерть на выжившего просто приводит к тому, что и этот человек впадает в мучительную депрессию, которая является своего рода смертью в жизни.

Точно так же контрпродуктивно предлагать женщине, у которой случился выкидыш, продолжать размышлять над всеми способами, которыми она могла быть ответственна за смерть своего ребенка, или предлагать супругу или опекуну, что они могли сделать что-то другое, чтобы спасти своего любимого человека. , также неправильно предлагать всем, что они должны терзать себя чувством вины за смерть самых хрупких. «Разве за медную монету не продаются два воробья? И ни один из них не упадет на землю без воли Отца твоего… Так что не бойся; вы дороже многих воробьев »(Матфея 10:30).

Пандемия потребовала, чтобы мы вытягивали всю нашу жизнь через Интернет. Кажется, что телесные дела милосердия стали бестелесными, их лучше фильтровать с помощью больших технологий. Кто-то зарабатывает много денег, когда мы направляем все наши отношения, коммерцию, образование, отдых и даже поклонение через третьих лиц. Этот новый бестелесный образ жизни - это попытка быть «безопасным», но, похоже, пример Христа подсказывает, что мы должны стать более воплощенными, а не менее. Мы уже знаем, что, несмотря на то, что безопасная жизнь в Интернете может уберечь нас от некоторых видов физических угроз, новая культура отмены и постоянная интернет-агрессия открыли совершенно новые способы опустошения и разрушения.

Избегая боли своей собственной жизни, я нахожу соблазн перевоплощения очень соблазнительным. Интернет - это сияющее наслаждение для глаз - это бесконечный поток конечного, в котором вы можете притвориться, будто теряете свою потерю и свое тело с его ограничениями. Там я могу временно избежать некоторых страданий моей нынешней жизни.

Но Сам Бог, чистый дух, стал настоящим человеком с настоящим телом. Я постоянно спорю с Ним о том, что Он забрал у меня тела моей дорогой любви и ребенка в то же время, когда Он настаивает на Воплощении Себя. Мой аргумент с Богом звучит примерно так: вы говорите, что так важно воплотиться, стать человеком с телом, и все же вы ожидаете, что я буду доволен этим моим мужем и сыном, чьи живые тела ушли от меня? Вы ожидаете, что я буду общаться с ними как с далекими духами, пока вы жили как мужчина. Что это, Боже? Приятно воплощаться или нет? На что мне интересно, может ли ответ Бога на мои возражения быть чем-то вроде: ваша неудовлетворенность, моя дорогая, именно Моя точка зрения. Это не конец. Ожидаем воскресения тела.

Святой Павел говорит, что Христос умер и воскрес, чтобы освободить нас от нашего страха смерти, который является своего рода рабством, которое с самого начала держало нас в рабстве (Евреям 2:15). Как мы понимаем жизни мучеников во время пандемии? «Они пережили издевательства и порку, цепи и заключение. Их побили камнями, распилили надвое и умертвили мечом. Они ходили… обездоленные, угнетенные и жестоко обращались », - говорит Святой Павел. Но он заключает: «Мир не был достоин их» (Евреям 11:37).

На самом деле пандемия была очень распространена на протяжении всей истории, и в те времена святые неуклонно выполняли повеления Христа кормить и одевать, заботиться и любить других. Вполне возможно, что какая-то болезнь действительно распространилась через милосердие святых, если на то была воля Божья. Дело не в том, что эти святые были слишком необразованными, чтобы знать, что это могло произойти, а в том, что они сделали сознательный выбор заботиться о других физически, несмотря на риск для себя и даже риск для тех, о ком они заботились. Зачем они это сделали? Потому что люди вокруг них, которые просили их воплощенной любви, нуждались в воплощенной любви больше, чем в долгих жизнях, свободных от страданий.

Даже если люди делают реальный выбор, ни одна болезнь или смерть не случаются без разрешения или участия Бога. По крайней мере, в это верили христиане. В качестве наказания обычно используются насильственная физическая изоляция и постоянная изоляция. Так ли мы уверены, что отрицательные результаты этих мер безопасности не перевешивают положительные?

Тертуллиан сказал: «Кровь мучеников - это семя церкви». Христиане всегда считались теми людьми, которые не практиковали аборты, эвтаназию и самоубийства. Они считали жизнь драгоценной, но их святые, как известно, не стремились к удлинению своей личной жизни в ущерб ни своей душе, ни душам других. Мученики не считали свою физическую смерть так много по сравнению с тем, что их ожидало (Римлянам 8:18). И это не потому, что они недооценивали нынешнюю жизнь. Христианские святые часто отдавали свою жизнь за других людей, но были также некоторые вещи, которые они просто не делали - например, поклонение идолам - даже ради спасения жизни, даже жизни своего собственного ребенка. Если мы хотим быть честными людьми, мы должны подражать их примеру.

Я полностью ожидаю, что если мы будем жить как Церковь, в христианских общинах могут произойти крупные вспышки COVID-19, как и в случае любого другого человеческого столкновения, если этого пожелает Бог. Дитрих Бонхёффер сказал: «Когда Христос призывает человека, Он велит ему прийти и умереть». И если власти обвинят нас в том, что мы «супераспространители», то это будет не впервые в истории.

Никто не обвиняет человека в том, что он пошел в магазин за продуктами и распространял или собирал там микробы, но похоже, что поклонение больше похоже на концерт, чем на «хлеб насущный». Но собрание на воскресной литургии и общение должно помочь противостоять возможности смерти, а это именно то, что нам нужно прямо сейчас. Работа священника не в том, чтобы сохранить мне жизнь; чтобы помочь мне жить и хорошо умереть.

Христиане никогда не должны судить того, кто выбирает безопасность от страданий и смерти, как это делали первые еретики-донатисты, которые изгоняли из церкви тех, кто бежал от преследований. Однако христиане не должны ни судить, ни исключать тех, кто выбирает достойный риск. Наш пример - принцип непредвзятости. Сила и манипуляции должны быть отвергнуты, независимо от того, идет ли эта сила или манипуляция в пользу риска или против него.

Мой муж написал в проповеди незадолго до своей смерти: «Бог создал человека в 33 году на холме, называемом Голгофа». Христос объявил, что его великая работа «свершилась» в крестных муках. Именно в союзе со Христом мы становимся теми, кем должны быть, и поэтому как мы можем избежать смерти, если даже Христос этого не сделал? В одной из своих последних проповедей мой муж посоветовал своей пастве: «… давайте мы воспримем эти слова св. Игнатия Антиохийского, написанные своим собратьям-христианам на его пути к мученической смерти за отказ от идолопоклонства языческого Рима»: Для меня лучше умереть во Христе Иисусе, чем быть царем над концом земли ... На мне боли рождения. Позвольте мне, братья мои; не мешайте мне жить, не желайте, чтобы я был мертворожденным… Позвольте мне подражать страсти моего Бога… когда я приду туда, я стану человеком » . (Epist. ad Rom., 6).

В ту неделю, когда умер мой муж, я слышала, как один из моих младших детей спросил моего старшего, которому в то время было двенадцать лет и который сидел на переднем сиденье в аварии, почему он не сказал папе пристегнуть ремень безопасности, потому что что бы спасло ему жизнь? Встревоженный, я сразу сказал детям, что мы не должны задавать такие вопросы. Бог решает, когда люди умирают. Папа обычно пристегивал ремень безопасности. Для меня загадка, почему он не надел ее в тот день. Я вижу перед собой целую нацию людей, которых поощряют задавать подобные ужасные вопросы себе и другим. Между волей Бога и свободой человека есть великая тайна. Мы не должны делать вид, что понимаем то, чего не понимаем. Христиане никогда не считали смерть всего лишь игрой случая. Это бессовестно обременять людей чувством вины за смерть других только за то, что они живут своей жизнью, особенно за смерть самых хрупких, когда смерть ждет всех нас.

В ночь перед аварией я обнаружил, что среднее сиденье в нашем фургоне не зафиксировано в полу должным образом. Я много раз пытался заставить сиденье войти в пол, но оно не сдвинулось с места. Сиденья застряли в незапертом положении, показывалось предупреждение из красного пластика. Когда мои пальцы онемели от холода, я, наконец, произнес молитву: «Боже, храни моих детей», и совершил крестное знамение. Когда я подошел к разбитому фургону после аварии, сиденье было зафиксировано в полу, как и должно быть: красный пластиковый предупреждающий знак больше не показывался. В какой-то момент перед опрокидыванием он зафиксировался на месте, и дети практически не пострадали.

Я должен верить, что смерть моего мужа и моего будущего сына была волей Бога. В противном случае я бы не только превратился в того, кем я не хочу быть, но и отказался бы от своей веры. Я мог бы взять на себя полную ответственность за эти смерти, но с практической точки зрения, что бы это принесло моим детям, кроме моей собственной дезинтеграции? Я могла обвинить мужа в его собственной смерти или в том, что он подверг опасности наших детей. Но как это поможет? Я знаю, что он очень любил их и меня, и я знаю, что он ценил свою жизнь. Любые ошибки, которые он мог совершить, способствовали его собственной смерти, за которые он наверняка поплатился, разбившись о эту твердую поверхность реальности.

Я мог бы обвинить кого-то другого в его смерти или смерти моего ребенка: членов семьи, друзей, врачей, дорожных рабочих, но это только умножило бы разрушения. Только Бог знает степень ответственности каждого за собственную смерть и смерть других людей. И если мы точно знаем, что кто-то непосредственно способствовал смерти или совершил убийство, христиане учат, что Бог готов простить. Когда дело доходит до причин смерти, мы должны воздерживаться от осуждения и отдать себя на милость Божью, иначе мы рискуем сделать тех, кто уже потерял близких, почти такими же мертвыми, как и люди, которых они скучают.

Бог дал людям свободу, с которой они часто создают хаос, ненависть и пытки. Но мы тоже любим эту силу свободы. Бог пошел на чрезвычайный риск, проявив великую милосердие. Человеческая свобода создала бесконечные страдания, и легко обвинить Бога в зле, которое люди создают своей свободой. Но разве Бог виноват в том, что мы постоянно используем во зло инструменты, которые Он дал нам для добра?

Бог не только рискнул потерять наши души, чтобы дать нам способность любить, но Он также пошел на этот риск еще больше в воплощении, когда Его чистый дух принял плоть, которая в конечном итоге умерла, как и мы. Мы не можем избежать смерти, но у нас есть выбор, как нам провести свою жизнь. Должны ли мы промотать его, похоронив, как золото из притчи о талантах (Матфея 25), или мы должны рискнуть и пережить приключение своей собственной жизни?

Я не верю и думаю, что для меня и моих детей вредно делать вид, что смерти тела следует избегать любой ценой. Я также не верю, что смерть в конечном итоге только в случается том случае, если человек не принимает надлежащих мер предосторожности. Мне также не поучительно представить, что смерть приходит к нам главным образом через нормальное дыхание и естественные движения других людей вокруг меня. Даже если это правда , отыгрывание этого неизбежно вызовет страх, недоверие, сегрегацию и ксенофобию. Когда мы поощряем такое отношение, мы еще больше порабощаем людей их собственному врожденному страху смерти и изолируем их друг от друга.

Мы никогда не восхищаемся персонажем рассказа, который сделает или скажет что-нибудь, чтобы остаться в живых еще немного, или который заставляет других людей рисковать собой или даже умереть за него. Мы восхищаемся человеком, который, если бы нормальная жизнь и дыхание других людей могли заставить его страдать или даже умереть, скорее рискнул бы страдать и умереть, чем попросил бы кого-то другого перестать жить и дышать за него. Конечно, это требует мужества, которого у нас на самом деле нет. Нам нужна благодать. Христианин подражает Христу и не уклоняется от полностью воплощенной жизни. Я терплю поражение каждый день. Я боюсь смерти. Но в лучшие дни я еще больше боюсь того, кем могу стать, если позволю страху смерти стать моим хозяином.

В новостях в Интернете о происшествии с моим мужем кто-то написал в разделе комментариев: «Ну, Бог не был его вторым пилотом! РЖУНИМАГУ!" Хотя эта легкомысленная шутка, вероятно, представляет собой мое собственное худшее искушение, в лучшие дни я верю, что Бог, который может прикрепить сиденья к полу автомобиля до аварии, может послать своих ангелов, чтобы напомнить водителю, чтобы он пристегнул ремень безопасности. Кто я такая, чтобы говорить, что Бога не было с моим мужем в момент его смерти? Я знаю, что он молился об этом каждый день, и верю, что Бог милостив.

Вопрос не в я умру? Или умрут ли люди, которых я люблю? Ответ на это всегда был: да , Может быть, лучший вопрос позволю ли я ожиданию смерти сделать меня и мой мир лучше или хуже?
2

(no subject)

Когда апостол Пётр, руководимый самонадеянностью, поклялся в верности до смерти, он потом отрёкся.
Только один мотив допустим для христианина - желание исполнить волю Божью. К сожалению, в бурлении эмоций последних дней этот мотив мог затеряться.
2

(no subject)

а из других городов сообщают, что на входе в храмы будет полиция

Конец вавилонского пленения [в 1991-м был], говорите? А сейчас симфония, расцвет, и президент со свечкой в храме стоял? Ну-ну ))
2

4(17) ноября, воскресенье

Неделя 22-я по Пятидесятнице. Глас 5-й.
...
Во Всемирный день памяти жертв дорожно-транспортных происшествий (третье воскресенье ноября / третье воскресенье после 18 октября по ст. ст.), в кафедральных соборах епархий необходимо совершать литию о всех трагически погибших в результате автомобильных катастроф*.


*Данное указание включено в месяцеслов по благословению Святейшего Патриарха Кирилла 26 мая 2017 года.

Особенно умиляет выделение полужирным шрифтом: как минимум полиелей ))
10

Нищему пожар не страшен

Живя один, человек сходит с ума достаточно быстро, перед моими глазами сейчас с десяток подобных примеров. Умирают родители, рушатся семьи, покидают дети, исчезают друзья, завершается служба, работа. Когда подобное происходит с человеком немолодым это не столь заметно – человек продолжает существовать как биоробот, выполняя годами наработанные программы действий достаточно долго, зачастую вплоть до гробовой доски. Но вот людям молодым или среднего возраста одиночество противопоказано, кто бы что не говорил по этому поводу. Забавные странности, которые еще вчера умиляли окружающих, достаточно быстро перерождаются в психические отклонения, их пустые, модные жилища своей стерильностью напоминают мертвецкие или напротив –хаос, да затхлость. Жизнь рушится, исчезают высокие цели, чувство долга, социальные нормы и мораль совершенно исчезают. Люди в таком состоянии всегда попадают в одну ловушку - физическое наслаждение становится смыслом жизни. Хобби, жратва, разврат, алкоголь - и человек теряет свой Образ, сначала внутренне, потом – внешне. Выплывают из этого омута считанные единицы и опять-таки по одному неизменному сценарию: случайным(?) образом жизнь дарит человека, который вытягивает бедолагу.
https://soldat-volga.livejournal.com/111738.html